Кронос-байки

 

Стол из кабинета директора

Готовили недавно поздравительный сайт к 70-летию В.Е. Котова, и встретился там любопытный документ – приказ "О наведении порядка в вопросе учета и эксплуатации служебной мебели" (kotov.iis.nsk.su/photo/admin/mebel"), подписанный Вадимом Евгеньевичем в его бытность на посту замдиректора ВЦ СО АН. Приказом, в частности, запрещалось выносить в коридор мебель из кабинетов.

Приказ приказом, а мебель из кабинетов продолжали выносить. Так, например, вынесли как-то раз мебель, и не просто из кабинета, а из кабинета директора ВЦ СО АН, и не просто мебель, а шикарный двухтумбовый письменный стол со столешницей из цельного массива светлого дерева. Были там еще директорское кресло, ну и стулья какие-то, тумбочки – по мелочи. Неосмотрительно вынесли – очевидно, на время ремонта. Наивно так вынесли, в нарушение приказа. Потому что если мебель стоит в коридоре, то она без присмотра, как бы ничейная, как бы никому не нужная. То есть бывшим хозяевам не нужная, раз выставили в коридор. А некоторым – например, Кронос-команде, - так очень даже нужная. Потому что никакой мебели нам никогда не выдавали, и комплектовали меблировку мы сами, в основном, сломанными экземплярами, выставленными в коридор по причине негодности.

Надо признать, директорская мебель на сломанную не была похожа. Но мало ли, вдруг в ней обнаружились скрытые дефекты, ключ там в ящике не так поворачивается или кресло недостаточно мягкое, - словом, мебель была оперативно и равномерно распределена между 479 и 503. Пропажа обнаружилась не сразу – ремонт же. Но настал момент, когда директору понадобилось сесть в директорское кресло за директорский стол. Начались поиски. Мебель обнаружили и опознали. Был скандал, было изъятие. Изъяли все, кроме двухтумбового письменного стола. Стол железячники успели покрыть линолеумом (для сохранности), завалить рабочим железом и обломками, закапать припоем – словом, директор свой стол не опознал, и он остался у нас.

Нет уже ВЦ СО АН СССР, нет СССР, нет в живых и хозяина стола. А стол до сих пор служит верой и правдой – а что ему сделается, цельному массиву светлого дерева.